Еще один год подготовки. Завтра засяду уже за работу над главной книгой,
В которой мое столетье предстанет как было.
Солнце в ней будет всходить над правыми и неправыми,
Весны и осени будут безошибочно сменять друг друга,
Дрозд будет в мокрой чаще гнездо обмазывать глиной,
И лисьей своей натуре будут учиться лисы.
И всё. А кроме этого армии,
Бегущие по мерзлым равнинам с остервенелой руганью,
Мириадоголосой; огромное дуло танка,
Торчащее на углу улицы; въезд в сумерках
Меж пулеметными вышками в ворота лагеря.
Нет, это будет не завтра. Через пять, через десять лет.
Всё еще слишком много я думаю о материнстве
И о том, что же он такое, человек, рождаемый женщиной.
В клубок свивается и голову заслоняет,
Когда его бьют сапогами; бежит, охвачен
Огнем; бульдозер сгребает его и - в яму.
Ее ребенок. С мишкой в ручонках. В любви зачатый.
Всё еще не научусь говорить как надо, спокойно.
А гнев и жалость вредят равновесью стиля.
перевод Владимира Британишского

2008-12-18 12:17 pm (UTC)
2008-12-18 12:57 pm (UTC)